Трижды Андрей проскочил на красный свет, словно герой гонок «Формулы-1», только без гоночного шлема и с заметно меньшей скоростью. Его глаза сверкали озорными огоньками, а губы играли хитрой полуулыбкой, будто он только что придумал, как разыграть коллег так, чтобы потом все смеялись (ну или хотя бы не ругались). На календаре сияло первое апреля — день, когда даже самый серьезный бухгалтер может превратиться в мастера розыгрышей и подколов.
Андрей обожал этот праздник.
Ведь в этот день можно позволить себе быть настоящим пакостником и при этом не бояться получить по шапке от начальства или друзей. В конце концов, кто станет злиться на того, кто делает жизнь чуть веселее?
А если уж кто-то и обиделся — значит, у него просто нет чувства юмора. Это примерно как жаловаться на то, что клоун в цирке смешной: ну не нравится тебе смех — иди домой и слушай тишину.
В офисе Андрея каждый год происходили настоящие баталии розыгрышей: от классической подмены сахара солью до фальшивых распоряжений от руководства. Правда, коллеги уже были начеку и большинство его хитроумных планов проваливались с треском. В такие моменты Андрей чувствовал себя словно повар на шоу «МастерШеф», который забыл добавить соль в блюдо — немного обидно, но жизнь продолжается.
Однако в этом году его слегка расстроило то, что жена Леся оставалась вне поля его первоапрельских атак.
Она была категорически против таких шалостей и считала их потенциально опасными для семейного счастья. Андрей же был убежден: если хочешь сохранить брак — лучше не пытайся разыгрывать жену.
С другой стороны, признаться честно — идеи просто не приходили.
Вернувшись домой после работы, Андрей устроился на диване с видом глубоко оскорбленного героя древнегреческой трагедии. Если бы кто-то заглянул к нему в этот момент, он бы точно получил главную роль в драматическом сериале про несчастного мужа. Леся задерживалась на работе (что было неожиданно приятно — время подумать о плане розыгрыша), а Андрей уже начал строить грандиозные планы.
Когда Леся наконец вошла в квартиру, щелкнула выключателем и застыла перед сидящим в куртке мужем с грустными глазами, атмосфера наполнилась напряжением достойным финала телесериала «Тихий Дон».
Андрей вздохнул так драматично, что даже соседский кот за стеной задумался о смысле жизни. Он решил сыграть роль измученного любовника… ну или хотя бы человека с разбитым сердцем.
Леся смотрела на него с подозрением: «Что ты задумал?» — читалось прямо из её глаз.
Но Андрей был уверен: теперь она точно купится! Он даже придумал имя своего воображаемого соперника — старого друга Леси Глеба Ланина. Ах да! Этот Глеб всегда вызывал у Андрея внутреннюю ревность и раздражение больше всех новостей про погоду.
Глеб был тем самым другом из детства Леси — почти как персонаж из бесконечной семейной саги: всегда рядом, всегда правильный и всегда вызывающий лёгкую зависть у мужа.
В гостях у тёщи новости про достижения Глеба звучали как саундтрек к фильму ужасов для Андрея: «Ой, а вот Глеб получил повышение», «Глеб начал бегать по утрам», «Глеб сам сварил борщ»… И всё это подавалось с таким восторгом, что казалось мама Леси специально пытается подкосить мужскую самооценку Андрея.